06.06.2016 – 12:39 | 6 комментариев

Мы знаем, что враг наш злобен и беспощаден. Мы знаем о зверствах, которые чинят немцы над пленными красноармейцами, над мирным населением захваченных сел и городов. Но то, что рассказал нам ...

Читать полностью »
Совинформбюро

Всего за годы войны прозвучало более двух тысяч фронтовых сводок…

Публицистика

Рассказы, статьи и повести о Великой Отечественной войне….

Документы

Документы из военных архивов. Рассекреченные документы…

Победа

Как нам далась победа в Великой Отечественной войне 1941—1945…

Видео

Видео исторических хроник, документальные фильмы 1941—1945 гг.

Главная » Документы

Абвер на Северном Кавказе

Добавлено: 27.12.2011 – 13:24Комментариев нет

В составе 804-го полка существовала зондеркоманда обер-лейтенанта Герхарда Ланге, условно именовавшаяся «предприятие „Ланге“ или „предприятие “Шамиль». Команда была укомплектована агентами из числа бывших военнопленных и эмигрантов кавказских национальностей и предназначалась для подрывной деятельности в тылу советских войск на территории Кавказа. Перед заброской в тыл Красной Армии диверсанты проходили девятимесячное обучение в спецшколе, расположенной в Австрии в районе замка Мосхам. Здесь преподавали подрывное дело, топографию, учили обращаться со стрелковым оружием, приемам самозащиты и пользования фиктивными документами. Непосредственную переброску агентов за линию фронта осуществляла абверкоманда-201.

25 августа 1942 г. из Армавира группа обер-лейтенанта Ланге в количестве 30 человек, укомплектованная в основном чеченцами, ингушами и осетинами, была десантирована в район селений Чишки, Дачу-Борзой и Дуба-Юрт Атагинского района ЧИ АССР для совершения диверсионно-террористических актов и организации повстанческого движения, приурочив восстание к началу наступления немцев на Грозный.

В этот же день возле селения Бережки Галашкинского района приземлилась еще одна группа из шести человек во главе с уроженцем Дагестана, бывшим эмигрантом Османом Губе (Саиднуровым), которого, для придания должного веса среди кавказцев, нарекли в документах «полковником германской армии». Изначально группе была поставлена задача продвинуться к селу Автуры, где, по данным немецкой разведки, в лесах скрывалось большое количество чеченцев, дезертировавших из Красной Армии. Однако из-за ошибки немецкого пилота парашютисты были выброшены значительно западнее намеченного района. Одновременно Осману Губе предстояло стать координатором всех вооруженных бандформирований на территории Чечено-Ингушетии.

Абвер на Северном Кавказе

Удостоверение, выданное Осман Губе (Саиднурову) немецким коммандованием

А в сентябре 1942 г. на территории ЧИ АССР была выброшена еще одна группа диверсантов в количестве 12 человек под руководством унтер-офицера Герта Реккерта. Арестованный органами НКВД в Чечне агент абвера Леонард Четвергас из группы Реккерта на допросе о ее целях показал: «Информируя нас о предстоящей высадке в тылу Красной Армии и наших задачах, командование немецкой армии заявляло нам: советский Кавказ сильно поражен бандитизмом, а действующие бандитские формирования ведут активную борьбу против советской власти на всем этапе ее существования, что народы Кавказа истинно желают победы германской армии и установления на Кавказе немецких порядков. Поэтому по высадке в советском тылу десантные группы должны немедленно войти в связь с действующими бандформированиями и, используя их, поднять народы Кавказа на вооруженное восстание против советской власти. Свергнув советскую власть в республиках Кавказа и передав ее в руки немцев, обеспечить успешное продвижение наступающей германской армии в Закавказье, которое последует в ближайшие дни. Десантным группам, готовящимся к высадке в тылу Красной Армии, в качестве ближайшей задачи ставилось также сохранение во что бы то ни стало нефтяной промышленности г. Грозного от возможного разрушения отступающими частями Красной Армии».

* * *

Оказавшись в тылу, парашютисты повсеместно пользовались симпатиями со стороны населения, готового оказать помощь продуктами и разместить на ночлег. Отношение местных жителей к диверсантам было настолько лояльным, что те могли позволить себе ходить в советском тылу в немецкой военной форме.

Спустя несколько месяцев арестованный органами НКВД Осман Губе так описывал на допросе свои впечатление от первых дней пребывания на чечено-ингушской территории: «Вечером к нам в лес пришел колхозник по имени Али-Магомет и с ним еще один по имени Магомет. Сначала они не поверили, кто мы такие, но когда мы дали клятву на Коране в том, что действительно посланы в тыл Красной Армии германским командованием, то они нам поверили. Они нам сказали, что местность, на которой мы находимся, равнинная и здесь нам оставаться опасно. Поэтому они рекомендовали уйти в горы Ингушетии, поскольку там скрываться будет легче. Пробыв 3-4 дня в лесу вблизи села Бережки, мы в сопровождении Али-Магомета направились в горы к селению Хай, где Али-Магомет имел хороших знакомых. Одним из его знакомых оказался некий Илаев Касум, который нас принял к себе, и у него мы остались ночевать. Илаев познакомил нас со своим зятем Ичаевым Сосланбеком, который и проводил нас в горы…

Когда мы находились в шалаше близ селения Хай, к нам довольно часто заходили разные чеченцы, проходившие по близлежащей дороге, и выражали обычно сочувствие нам...».

Однако сочувствие и поддержку агенты абвера получали не только от простых крестьян. Свое сотрудничество с охотой предлагали и председатели колхозов, и руководители партийно-советского аппарата. «Первым человеком, с которым я прямо говорил о развертывании антисоветской работы по заданию немецкого командования, — рассказывал на следствии Осман Губе, — был председатель Даттыхского сельсовета, член ВКП(б) Ибрагим Пшегуров. Я ему рассказал, что являюсь эмигрантом, что мы сброшены на парашютах с немецкого самолета и что нашей целью являются оказание помощи немецкой армии в освобождении Кавказа от большевиков и проведение дальнейшей борьбы за независимость Кавказа. Пшегуров сказал, что мне вполне сочувствует. Он рекомендовал устанавливать сейчас связи с нужными людьми, но открыто выступать только тогда, когда немцы возьмут город Орджоникидзе».

Чуть позже «на прием» к посланцу абвера явился председатель Акшинского сельсовета Дуда Ферзаули. По словам О. Губе, «Ферзаули сам подходил ко мне и всячески доказывал, что он не коммунист, что он обязуется выполнить любое мое задание… При этом он принес пол-литра водки и всячески старался меня задобрить, как посланца от немцев. Он просил взять его под мое покровительство после того, как их местность будет оккупирована немцами».

Представители местного населения не только укрывали и кормили абверовских диверсантов, но и подчас сами выступали с инициативой проведения диверсионно-террористических актов. В показаниях Османа Губе описан эпизод, когда в его группу пришел местный житель Муса Келоев, который сказал, «что готов выполнить любое задание, и сам заметил, что важно нарушить железнодорожное движение по узкоколейной дороге Орджоникидзевская — Мужичи, т. к. по ней перевозятся военные грузы. Я с ним договорился, что необходимо взорвать на этой дороге мост. Для осуществления взрыва я послал вместе с ним участника моей парашютной группы Салмана Агуева. Вернувшись, они сообщили, что взорвали неохранявшийся деревянный железнодорожный мост».

* * *

Выброшенные на территорию Чечни абверовцы вошли в контакт с руководителями повстанцев Х. Исраиловым и М. Шериповым, рядом других полевых командиров и приступили к выполнению своей основной задачи — организации восстания в тылу Красной Армии. Уже в октябре 1942 г. немецкий парашютист Реккерт, заброшенный месяцем раньше в горную часть Чечни, совместно с главарем одного из бандформирований Расулом Сахабовым, спровоцировали массовое вооруженное выступление жителей сел Веденского района Сельментаузен и Махкеты. На локализацию восстания были стянуты значительные силы регулярных частей Красной Армии, защищавшей в тот момент Северный Кавказ. Это восстание готовилось около месяца. По показаниям пленных немецких парашютистов, в район села Махкеты авиацией противника было сброшено 10 крупных партий вооружения (свыше 500 единиц стрелкового оружия, 10 пулеметов и боеприпасы и ним), которое было тут же роздано повстанцам.

Активные действия вооруженных боевиков отмечались в этот период в республике повсеместно. О масштабах бандитизма в целом свидетельствует следующая документальная статистика. В течение сентября — октября 1942 г. органами НКВД ликвидирована 41 вооруженная группа общей численностью свыше 400 «кадровых» бандитов (без учета восстания в селах Сельментаузен и Махкеты). Добровольно сдалось и захвачено в плен 60 бандитов-одиночек. На 1 ноября 1942 г. было выявлено 35 действующих бандгрупп и до 50 одиночек.

Подрывные акции абвера не ограничивались только Чечено-Ингушетией. Мощную базу поддержки гитлеровцы имели в Хасавюртовском районе Дагестана, населенном преимущественно чеченцами. Здесь также поднялась волна бандитизма. Так, например, в сентябре 1942 г. жители села Можгар, саботировавшие выполнение хозяйственных мероприятий, зверски убили первого секретаря Хасавюртовского райкома ВКП(б) Лукина и всем селением ушли в горы.

Тогда же в этот район была заброшена абверовская диверсионная группа из 6 человек под руководством Сайнутдина Магомедова с задачей организации восстаний в приграничных с Чечней районах Дагестана. Все члены группы были одеты в форму немецких офицеров. Однако принятыми органами госбезопасности мерами группа была быстро локализована, а на месте ее приземления обнаружен тюк с фашистской литературой.

* * *

Оставьте свой комментарий!

Добавить свой комментарий ниже, или trackback с вашего сайта. Вы также можете подписаться на комментарии через RSS.

Будьте вежливы - не оскорбляйте аппонентов. Оставайтесь в теме, не спамьте!

Вы можете использовать следующие теги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Наш сайт поддерживает Gravatar. Для получения доступа к Gravatar, пожалуйста зарегистрируйтесь на Gravatar.