06.06.2016 – 12:39 | 6 комментариев

Мы знаем, что враг наш злобен и беспощаден. Мы знаем о зверствах, которые чинят немцы над пленными красноармейцами, над мирным населением захваченных сел и городов. Но то, что рассказал нам ...

Читать полностью »
Совинформбюро

Всего за годы войны прозвучало более двух тысяч фронтовых сводок…

Публицистика

Рассказы, статьи и повести о Великой Отечественной войне….

Документы

Документы из военных архивов. Рассекреченные документы…

Победа

Как нам далась победа в Великой Отечественной войне 1941—1945…

Видео

Видео исторических хроник, документальные фильмы 1941—1945 гг.

Главная » Победа

Медик — Мария Гавриловна Сердюкова

Добавлено: 15.02.2014 – 09:58Один комментарий

7 мая 1944 года мы прибыли в Симферополь. Тогда Севастополь еще оставался в немецких руках, нас поселили в здании Симферопольского пединститута на улице Ленина. Госпитали тогда располагались в зданиях школ и учебных заведений. 9 мая Севастополь освободили, и к нам нескончаемым потоком пошли раненые. Целая тьма. Это ужас, я не могу даже пересказать сейчас, что тогда происходило. «Летучки» шли к нам нескончаемым потоком. Через какое-то время мы всех своих раненых передали в военный госпиталь, расположенный на улице Максима Горького, считавшийся тыловым. Нас к тому времени расселили по квартирам, а сам наш госпиталь перебрался в одно из зданий Крымской областной больнице. Меня поселили в одной комнате с местной девушкой, на пару лет меня старше. Она была племянницей хозяйки квартиры, ее родители жили в деревне в Белогорском районе. И она предложила мне за компанию, пока в связи с переформировкой госпиталя отменили дежурства, съездить к ее родителям.

Пока я ездила, госпиталь-то уехал, так что я осталась одна без документов в Симферополе. Но мне, как говорится, Господь помог. Начальник эвакогоспиталя № 1796, главврач Гальперин, остался на лечение в Симферополе из-за проблем с сердцем. Ну что же делать, иду к нему и все как на духу рассказываю. Он мне подписывает справку, что я действительно работала в его госпитале, и меня сразу же берут в рентгенкабинет тылового госпиталя на Максима Горького санитаркой. Отработала там до июля 1945 года. 9 мая 1945 года сразу и раненые, и медперсонал узнали о Победе. Радости было очень много. В медицинской столовой накрыли для нас стол, а офицеры праздновали в своей отдельной столовой.

— Как бы вы оценили хирургов в эвакогоспитале № 1796?

— Очень добродушные, отзывчивые и хорошие специалисты.

— Существовал ли график работы в госпитале?

— Да, мы дежурили посменно, сутки через сутки, а то и чаще, потому что людей не хватало. Конечно, за смену все надо делать: и умыть, и подмыть, и судно вынести. А ведь это все взрослые мужики, мы-то совсем еще девчонки. Непросто приходилось, но надо было работать.

Какая-либо художественная самодеятельность в эвакогоспитале была организована?

— Нет, не было, вот в Симферопольском военном тыловом госпитале моя рентгенолог Зоя Ивановна Лавринская великолепно пела, организовала кружок. Зато когда я работала в эвакогоспитале № 1796, в здание областной больницы приезжали знаменитые Тарапунька и Штепсель, которые тогда еще показывали дуэт повара Галкина и банщика Мочалкина. Ефим Березин и Юрий Тимошенко еще совсем молодыми были, как сейчас помню, что мы выносили раненых на улицу, тепленько во дворе, чтобы они посмотрели комедийный дуэт и послушали великолепные шутки.

— Перевязочных материалов хватало?

— Ой, знаете, как мы добывали перевязочные материалы? Когда снимали гипс, то разматывали бинты, размачивали их, соскабливали гипс, гладили и снова их использовали. Постоянно бинтов не хватало. В Сталинграде даже тяжелейшие ранения не могли перевязать, раненые орали от открытых ран.

— А лекарств хватало?

— По-моему, да. По крайней мере, стрептоцид нам регулярно выдавали. Но точно не скажу, этим медсестры занимались. А вот о пенициллине мы тогда и не слышали. Санитарки, с нас спроса мало.

— Как раненые к вам относились?

— По-всякому. Люди же разные, ведь ребята молодые, рана сильно болит, а помочь некому, вот и матерились, ругали нас. Все довелось увидеть в госпитале. Было и по-другому. В Сталинграде я обслуживала офицерскую палату, где лежало четверо мужчин, они очень хорошо ко мне относились. Офицеров кормили по-другому, чем солдат. Они мне могли даже кусочек американской ленд-лизовской вареной колбасы из банки дать. Один офицер, помню, дядечка, не из русских, умер. Он был ранен в руку, и у него ночью открылась рана, пошло кровотечение, и дядечки не стало. Прихожу на дежурство, а в коридоре стоят носилки, на них тело закрыто простынею. Думаю, кто же это. Открываю, а это мой знакомый дядечка. Здоровый молодой мужик. Мужчины очень плохо переносили кровотечение. Я по нему сильно плакала. Так страшно видеть все эти смерти в госпитале.

— Как кормили в госпитале?

— Нас, вольнонаемных, два раза в день кормили. С котелочками стояли в столовой, нам галушки варили, разные супы и хлеб давали. По крайней мере, уж голодными не были. Во время войны это еще благодать. В Симферополе мне стало полегче: врач-рентгенолог работала еще и на ставке диет-врача, снимала пробу с еды в столовой, и иногда договаривалась, что когда я приду, то мне дадут дополнительный паек. Так что подкармливалась.

Мария Гавриловна Сердюкова

Мария Гавриловна Сердюкова, поселок Молодежное Симферопольского района АР Крым, 3 февраля 2014 года

— Вши у медперсонала заводились?

— Куда же без них. Тогда и у солдат было их полно. Мне нечему удивляться, ведь до войны на нашем хуторе все вшей носили. Так что для меня они диковиной не стали.

После войны дали мне комнатку в общежитии на улице Максима Горького, соседка на меня смотрела-смотрела, я же несчастненькая ходила, в заношенной гражданской одежде. А мне-то еще восемнадцати не было, и она мне предложила помочь устроиться в милицию. Прямо за руку взяла и отвела в Симферопольский райотдел.

Отработала там ровно 32 года, в паспортном отделе. В милиции кормили неплохо, два раза в день, да еще выдавали 600 грамм хлеба на человека. Сильно выручало, особенно в послевоенные голодные годы. Когда в 1947 году отменили карточную систему, то даже хуже стало с питанием. Сначала трудилась в адресном столе, а потом перешла на паспортный стол. Получила квартиру в поселке Молодежное Симферопольского района, а до этого жила пусть и в центре города, но в бараке с толстыми стенами, в каморке. Работа нравилась, разве что зарплата была маленькая, поэтому перед пенсией в июле 1977 года перешла работать на завод «Прогресс», здание которого располагалось на улице генерала Васильева. Стала заведующей хозяйством. Была ответственной за все на свете. Директор завода гонял меня больше всех. Потом перед пенсией сдала свое хозяйство, это тяжелая работа. Во-первых, материальная ответственность, во-вторых, в моем отделе трудилось 35 человек: уборщицы, садовники, дворники. Кроме того, я еще вела заводскую кассу взаимопомощи, за четкость ее работы областной союз профкомов регулярно выписывал мне премию.

Один комментарий »

  • Казиханов Магомед:

    После тяжелого ранения под Одессой мой дед майор Ахмедов Омар Абакарович находился на излечении в этом госпитале где до конца войны служил в нем в отделении пропагандистов.

    Дорогая Мария Гавриловна, собираю по крупицам о деде. Если что то помните о нем отзовитесь.

    С уважением Казиханов Магомед Юсупович 89103635190 одноклассники и др соцсети

Оставьте свой комментарий!

Добавить свой комментарий ниже, или trackback с вашего сайта. Вы также можете подписаться на комментарии через RSS.

Будьте вежливы - не оскорбляйте аппонентов. Оставайтесь в теме, не спамьте!

Вы можете использовать следующие теги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Наш сайт поддерживает Gravatar. Для получения доступа к Gravatar, пожалуйста зарегистрируйтесь на Gravatar.